Что такое доступ к правосудию

Что такое доступ к правосудию

22.01.2021

Право на доступ к правосудию — одно из важнейших прав гражданина России. Статья 46 Конституции РФ гласит: «Каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод».

Если доступ к правосудию будет ограничен или полностью закрыт, то гражданин будет не в состоянии защитить свои права, отстоять точку зрения, уличить преступника в совершении того или иного деяния.

Доступность правосудия — это гарант реализации прав человека на его защиту. Конечно, право на доступ к правосудию закреплено не только в Конституции России.

Например, в Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод изложено: «Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона». В Конвенции также установлено, что каждый обвиняемый считается невиновным до тех пор, пока его вина не будет доказана.

В Международном пакте о гражданских и политических правах закреплено ещё одно немаловажное положение: «Все лица равны перед судами и трибуналами».

В основном понятие правосудия сводится к тому, что это вид правоохранительной и правоприменительной деятельности, в результате которой осуществляется судебная власть. Оно включает в себя два типа деятельности: рассмотрение и вынесение решений по гражданским делам, рассмотрение и разрешение уголовных дел. Правосудие осуществляют также арбитражные и конституционные суды.

В работе Амбросимовой Е.Б. «О некоторых проблемах регулирования доступа к правосудию социально незащищённых граждан» указано, что сущность свободного доступа к правосудию заключается в недопустимости установления государством каких-либо чрезмерных, необоснованных правовых и практических препятствий для рассмотрения дела в суде.

Несмотря на то, что российская судебная система делает всё, чтобы правосудие действительно оставалось доступным, существует ряд проблем, которые этому препятствуют. К ним относится, например, проблема недостаточности количества как судей, так и судов.

Это вызывает перегруженность судебного института, в связи с чем дела либо рассматриваются достаточно долгое время, либо разбираются за, грубо говоря, секунды. Конечно, в таком случае о тщательном разбирательстве речи не идёт.

К тому же неоднократно нарушается правило рассмотрения дел в разумные сроки.

Так или иначе, можно выделить ряд «внутренних» прав, благодаря которым реализуется доступность к правосудию:

  • право быть выслушанным в суде;
  • право ознакомиться со всеми представленными суду доказательствами и материалами;
  • право заявить ходатайства;
  • право получить необходимую помощь со стороны суда в истребовании доказательств;
  • право получить в разумные сроки разрешение дела;
  • гарантии исполнения судебного акта.

Нельзя не упомянуть и одно из важнейших условий обеспечения права на доступ к правосудию, которым является квалифицированная юридическая помощь.

Не трудно уловить связь между своевременным обращением в суд, которое может сократить количество обращений в целом, и правом на доступ к правосудию: снижение количества обращений реализует одно из прав — право на соблюдение разумных сроков делопроизводства, без чего доступ к правосудию будет затруднён.

Так или иначе судьям необходимо лишь добросовестно выполнять свою работу, руководствоваться законами и совестью, не забывать о правах человека — всё это в сумме позволит избежать ошибок и откроет гражданам России полный доступ к правосудию.

Читайте далее:

«Снимите оковы!» ЕСПЧ разобрался в жалобе заключённых на наручники

Жертва или преступник? Новая информация о задержании Сергея Котова

«Филькина грамота!» Что не так в прошедшем суде над Навальным?

Право на доступ к правосудию

Право на судебную защиту, провозглашенное Конституцией, должно быть подкреплено системой обеспечительных средств, позволяющих на деле реализовать комплекс субъективных юридических прав, входящих в содержание одного из основополагающих принципов уголовного правосудия.

Система этих средств должна действовать равным образом для каждого вовлеченного в сферу уголовно-процессуальных отношений, безотносительно к тому является ли лицо обвиняемым (подозреваемым), потерпевшим или свидетелем по делу и даже вне зависимости от того, признан ли человек соответствующим участником уголовного процесса или нет.

Что такое доступ к правосудию

Володина Л.М.

Право каждого на свободный доступ к правосудию закреплено в ст. 8 Всеобщей декларации прав человека, в ст. 6 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, в ст.

14 Международного Пакта о гражданских и политических правах и других международно-правовых документах.

В Российской Федерации право каждого на защиту прав и свобод, в том числе и на судебную защиту, закреплено в статьях 45, 46 и 52 Конституции.

Право на судебную защиту, провозглашенное Конституцией, должно быть подкреплено системой обеспечительных средств, позволяющих на деле реализовать комплекс субъективных юридических прав, входящих в содержание одного из основополагающих принципов уголовного правосудия. Система этих средств должна действовать равным образом для каждого вовлеченного в сферу уголовно-процессуальных отношений, безотносительно к тому является ли лицо обвиняемым (подозреваемым), потерпевшим или свидетелем по делу и даже вне зависимости от того, признан ли человек соответствующим участником уголовного процесса или нет. Действие обеспечительного механизма подчинено в первую очередь целевым установкам, заданным законом: от того, как определены эти цели, зависит уровень правового регулирования и его эффективность.

Цель уголовного судопроизводства определена ст. 6 УПК РФ: «уголовное судопроизводство имеет своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений; защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.

Уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию».

[1]

Эффективность любой системы, в том числе и правоохранительной, определяется слаженностью ее взаимодействующих элементов, иначе система «не срабатывает» либо становится малоэффективной.

Правозащитные механизмы должны быть отлажены настолько безупречно, чтобы человек, вовлеченный в орбиту уголовно-процессуальных отношений, не обладая профессиональной подготовкой, знаниями в области юриспруденции, мог ориентироваться в способах и средствах защиты своих прав и законных интересов.

Правоприменитель должен содействовать реализации права на беспрепятственное обращение в суд. В соответствии с толкованием решения Европейского Суда, данным по делу Эйри против Ирландии, выполнение обязательств по Европейской Конвенции требует не только не препятствовать реализации прав, но и совершения определенных позитивных действий, направленных на обеспечение доступа к правосудию.[2]

Право на всеобщность судебной защиты в УПК РФ не закреплено в качестве принципа уголовного судопроизводства.

Справедливость правосудия заключается не только в справедливости принимаемого решения, но и в справедливости процедуры его принятия. Об этом свидетельствует анализ становления уголовного судопроизводства, который рожден собственно потребностью человека найти справедливость,

По делу Моисеев против России от 9 октября 2008 г. Европейский Суд признал нарушением права на справедливое судебное разбирательство процессуальные нарушения, связанные с ограничением юридической помощи обвиняемому.

Суд отметил, что «орган обвинения фактически злоупотреблял своим доминирующим положением, отказываясь удовлетворить ходатайство адвоката заявителя о неограниченном доступе и угрожая ей уголовным преследованием».

Кроме того, Суд отразил в постановлении «очевидное нарушение конфиденциальности отношений адвоката с клиентом», а также ограничения доступа защиты к материалам дела.[3]

  Некоторые вопросы противодействия коррупции

Анализируя судебную власть как инструмент самоограничения государства, И.Б. Михайловская пишет: «доступность судебной защиты определяется характером правового регулирования не только порядка обращения в суд, но и всей процедуры рассмотрения дел, а также организационно-техническими факторами, которые влияют на реальную возможность использования права на судебную защиту».[4]

Европейский Суд в своих решениях неоднократно подчеркивал обязательность соблюдения процедуры производства по уголовному делу.

Так, по делу Эдвардс и Льюис против Соединенного Королевства от 22 июля 2003 года Суд пришел к выводу о том, что непредоставление стороне защиты со ссылкой на государственные интересы материалов дела для ознакомления является нарушением пункта 1 статьи 6 Конвенции.[5]

Решением Европейского Суда было признано нарушением процедуры неуведомление о времени заседания суда, рассматривавшего дело в надзорном производстве (дело Шаромова против России от 15 января 2009 г.).[6]

Уголовно-процессуальная форма, обеспечивая движение уголовного дела, должна включать не только регламентацию последовательности процессуальных действий, основания, условия, процедуру и сроки их производства, но и жесткую систему контроля законности, обоснованности и своевременности действий и принимаемых в ходе производства по делу решений. Из этого вытекает важнейшее требование международных стандартов — право на законную процедуру рассмотрения и разрешения дела.

В постановлении Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 г. содержится ряд требований, которым должно соответствовать судебное разбирательство, обеспечивающее справедливость судебной защиты. В данный перечень входят:

  • а) установление на основе исследованных доказательств обстоятельств совершенного преступления, в связи с которым было возбуждено уголовное дело;
  • б) правильная правовая оценка события преступления;
  • в) установление конкретного вреда, причиненного преступлением обществу и отдельным лицам;
  • г) определение действительной степени вины лица в совершении инкриминируемого ему деяния;
  • д) предоставленная обвиняемому и потерпевшему возможность довести до сведения суда свою позицию по существу дела и изложить доводы, которые они считают необходимыми для ее обоснования.[7]

Иначе говоря, Конституционный Суд рассматривает обеспечение справедливости судебной защиты, прежде всего, с точки зрения доказанности обстоятельств, входящих в предмет доказывания.

Кроме того, Суд обращает внимание на правильность правовой оценки события преступления и степени вины, а также на одно из прав обвиняемого и потерпевшего и возможность его реализации. Представляется, что речь должна идти в целом о беспристрастной объективной оценке всех обстоятельств дела.

Читайте также:  Нужно ли платить налог с продажи дома стоимостью 450 тыс. рублей

Что же касается права на доведение до сведения суда своей позиции по существу дела, то, безусловно, — это важнейшее из прав, однако при этом не упоминаются иные, не менее важные права названных участников процесса.

Право на справедливую судебную защиту, безусловно, предполагает право на справедливый приговор.

Справедливость приговора как требование, закрепленное в уголовно-процессуальном законе, означает доказанность всех обстоятельств уголовного дела, установления истины по делу, объективность, беспристрастность оценки обстоятельств дела, соответствие оценки деяния нормам материального права, а также соответствие наказания тяжести преступления. Назначение наказания по справедливости как воздаяние за содеянное зло предполагает соблюдение определенных правил, выражающихся, в частности, в индивидуализации наказания.

Приговор как акт правосудия есть собственно итог справедливой процедуры рассмотрения и разрешения уголовного дела, проведенной в соответствии с требованиями действующего закона.

Безусловно, лицо, заинтересованное в исходе дела, имеет право на исполнение судебного решения. Практика Европейского Суда имеет примеры, связанные с разрешением вопросов, касающихся жалоб на длительное неисполнение вступивших в законную силу судебных решений.

Несвоевременность исполнения решений суда признается нарушением ст. 6 Конвенции (например, дело Хорнсби против Греции).[8] Право доступа к правосудию должно быть обеспечено исполнением судебного решения, обладающего юридической силой.

Обязанность обеспечения решения суда лежит на государстве.

Право на судебную защиту как процессуальный институт, на наш взгляд, исходя из анализа судебной практики Европейского Суда по защите прав человека, есть комплекс процессуальных прав, относимых к ряду субъективных юридических прав индивида, включающий:

  • право на беспрепятственное обращение каждого в суд, в том числе — право на обжалование любых незаконных действий и решений должностных лиц и органов, осуществляющих производство по уголовному делу, препятствующих реализации права на доступ к правосудию или незаконно ограничивающих это право;
  • право на эффективное и своевременное расследование уголовного дела;
  • право на рассмотрение дела независимым судом;
  • право на легитимный (законный) состав суда;
  • право на беспристрастное рассмотрение и разрешение уголовного дела;
  • право на рассмотрение и разрешение дела в разумные (установленные законом) сроки;
  • право на законную процедуру рассмотрения и разрешения дела;
  • право на гласную процедуру рассмотрения дела;
  • право на состязательность процесса, обеспечиваемого равенством сторон;
  • право потерпевшего на адекватность средств защиты прав и законных интересов;
  • право на восстановление нарушенных прав и соответствующую компенсацию причиненного вреда;
  • право на пересмотр приговора вышестоящим судом;
  • право на исполнение судебного решения[9]

Право на судебную защиту должно быть обеспечено системой правовых гарантий, направленных на реализацию каждого из названных компонентов, входящих в содержание этого права. Представляется, что обеспечительный механизм должен включать в себя ряд элементов.

Структура механизма должна отражать форму расположения этих элементов и характер взаимодействия их сторон и свойств. Говоря языком философов: это — «совокупность устойчивых связей объекта, обеспечивающих его целостность».

[10] Таким образом, в содержание этого понятия, во-первых, входит некоторое число элементов и, во-вторых, расположение этих элементов таково, что оно предполагает достаточно устойчивую связь их между собою, чем собственно и определяется целостность структурного образования.

Обеспечение права на справедливую судебную защиту должно быть основано, прежде всего, на четко определенных законом целях и задачах уголовного судопроизводства, поскольку эффективность любого вида деятельности зависит от целевой программы и конкретизации задач как средств ее осуществления.

Право на справедливую судебную защиту должно быть обеспечено также четкостью процедур, представляющих собой порядок производства по уголовному делу, установленный законом.

Единство уголовно-процессуальной формы выступает как гарант справедливости и равных возможностей.

Юридическая сила обеспечительного механизма должна быть обусловлена системой принципов, отражающих потребности общественного развития.

К другим элементам этого механизма следует отнести четкую определенность прав всех участников уголовного процесса, обязанностей властных субъектов, осуществляющих производство по уголовному делу, и, безусловно, установленные законом в соответствии с требованиями международных стандартов процедуры, обеспечивающие эффективность правосудия.

Механизм как система звеньев, направленных на обеспечение права человека на судебную защиту, должен действовать так, чтобы все элементы, определяющие содержание этого права, могли быть реализованы наилучшим образом.

Бесспорно, право на доступ к правосудию существует для каждого, но по воле властных субъектов человек может быть лишен этого права. Правоприменитель должен содействовать реализации права на беспрепятственное обращение в суд.

В соответствии с толкованием решения Европейского Суда, данным по делу Эйри против Ирландии, выполнение обязательств по Европейской Конвенции требует не только не препятствовать реализации прав, но и совершения определенных позитивных действий, направленных на обеспечение доступа к правосудию.[11]

  1. В юридической литературе справедливо ставится вопрос о необходимости закрепления принципа свободы доступа к правосудию в УПК РФ.[12]
  2. Предлагаемая нами норма, закрепляющая принцип свободы доступа к справедливому правосудию, может иметь следующую редакцию:
  3. Статья… Свобода доступа к правосудию
  1. Свобода доступа к правосудию предполагает право каждого на беспрепятственное обращение в суд, право на беспристрастное рассмотрение и разрешение дела независимым судом в установленные законом сроки, право на справедливое решение суда, восстановление нарушенных прав и на полную компенсацию причиненного вреда.
  2. Свобода доступа к правосудию предполагает право на обжалование любого незаконного действия и решения должностных лиц и органов, осуществляющих производство по уголовному делу.
  3. Органы и должностные лица, осуществляющие производство по делу, обязаны обеспечить право на судебную защиту каждого.
  4. Свобода доступа к правосудию обеспечивается установленной настоящим Кодексом процедурой возбуждения, расследования, рассмотрения и разрешения уголовного дела.

Предлагаемое дополнение системы принципов придало бы закрепленным в главе второй УПК РФ основным началам уголовного судопроизводства большую значимость с точки зрения соответствия общепризнанным принципам и нормам международного права и международным договорам. С точки зрения внутринациональной значимости названный принцип явился бы дополнительно гарантией обеспечения прав человека и гражданина в сфере уголовного судопроизводства России.

Источники и литература

  1. Ученые по-разному относятся к понятию, содержанию, структуре нормы, содержащейся в ст. 6 УПК РФ. Подробно см. Володина Л.М. Проблемы уголовного судопроизводства: закон, теория, практика. М.:Издат. Группа «Юрист». 2006. С. 6 — 59.
  2. Европейский Суд по правам человека. Избранные решения. Т.1. М., 2000. С. 45-46.
  3. Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание. 2009, № 2.
  4. Судебная власть / Под ред. И.Л. Петрухина. М.: ООО «ТК Велби». 2003. С.47-48.
  5. Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание. 2009, № 12.
  6. Бюллетень Европейского Суда по правам человека. Российское издание. 2009, № 4.
  7. Постановление Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 г № 18-П «По делу о проверке конституционных положений ст. 125, 129, 227, 229, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» // СЗ РФ. 2003, № 51. Ст. 5026.
  8. Хорнсби (Hornsby) против Греции. Решение Европейского Суда по правам человека от 19 марта 1997 г.
  9. Более подробно см. Л.М. Володина, А.Н. Володина. Уголовное судопроизводство: право на справедливую и гласную судебную защиту. М.: Юрлитинформ. 2010.
  10. См.: Краткая философская энциклопедия. М.: Изд. группа «Прогресс» — «Энциклопедия», 1994. С. 438.
  11. Европейский Суд по правам человека. Избранные решения. Т.1. М., 2000. С. 45-46.
  12. Воскобитова Л.А. Процессуальное регулирование доступа граждан к правосудию в уголовном судопроизводстве / Материалы Международной научно-практической конференции «Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: год правоприменения». М.: МГЮА.2004. С. 43-46.

§ 1. Понятие доступа к правосудию и международные источники права на квалифицированную юридическую помощь

§ 1. Понятие доступа к правосудию и международные источники права на квалифицированную юридическую помощь

Основные гарантии доступа к правосудию

Доступ к правосудию, как он понимается в международно-правовых документах, включает в себя комплекс процессуальных гарантий, обеспечивающих как саму возможность обращения к судебным механизмам, так и справедливость судебного разбирательства[431].

Это, во-первых, требования к организации судебных органов и поведению судей: формирование судов и судебных составов на основании закона, независимость и беспристрастность. Во-вторых, это стандарты, связанные с порядком рассмотрения дел, включая разумные сроки разбирательства, публичный характер судопроизводства, мотивированность судебных решений.

В-третьих, это гарантии равенства сторон в процессе, позволяющие сторонам процесса оспорить аргументы и доказательства оппонента и должным образом донести до суда свою позицию[432].

Юридическая помощь как одна из гарантий доступа к правосудию

Право на помощь профессионального юриста — одна из процессуальных гарантий, способствующая обеспечению справедливого судебного разбирательства.

Юрист помогает человеку разобраться в существе происходящих юридических процедур и обеспечивает надлежащее представление интересов своего клиента, доведение до принимающих решение инстанций доказательств и аргументов в его пользу.

В контексте уголовного судопроизводства участие юриста также служит гарантией защиты от пыток и неправомерного давления[433].

В свою очередь, праву на юридическую помощь корреспондирует обязанность государства обеспечить доступ к юридическим услугам тем, кто в силу разных обстоятельств не способен решить эту задачу самостоятельно.

Исполнение этой обязанности требует от государства соответствующих мер по организации доступа к юридическим услугам, например по назначению адвоката человеку, который сам в силу обстоятельств не может подыскать себе юриста, а в некоторых случаях по оплате стоимости юридических услуг, т.е. по предоставлению бесплатной для получателя юридической помощи.

В данной главе в первую очередь рассматриваются международные стандарты, связанные с выполнением обязанности государства по организации и финансированию юридической помощи. Однако рассматриваются они в общем контексте реализации права на юридическую помощь, поскольку юридическая помощь, организованная и оплаченная государством, является частным случаем доступа к юридической помощи.

Читайте также:  Доказательства непроживания в квартире

Нормы международных договоров о праве на юридическую помощь

Международный пакт о гражданских и политических правах, Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод и Конвенция о правах ребенка предусматривают право на юридическую помощь (при необходимости — бесплатную) в качестве гарантии справедливого судебного разбирательства для лиц, в отношении которых выдвигаются обвинения в совершении уголовно наказуемых деяний[434]. Конвенция о статусе беженцев и Конвенция о статусе апатридов указывают, что беженцам и апатридам должны предоставляться те же условия доступа к правосудию, что и гражданам страны, включая доступ к юридической помощи[435].

Вместе с тем международные договоры о правах человека не предлагают детальной регламентации условий предоставления бесплатной юридической помощи или иного участия государства в организации доступа к юридическим услугам.

Условия возникновения и содержание обязанности государства по организации и оплате юридической помощи раскрываются при толковании международными органами договоров о правах человека. Среди таких международных органов в первую очередь следует назвать Европейский суд по правам человека.

Толкование Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, содержащееся в постановлениях этого Суда, является обязательным для всех государств — участников Совета Европы, включая Российскую Федерацию[436].

В постановлениях ЕСПЧ, в частности, формулируются основания назначения адвоката и предоставления бес платной юридической помощи, а также требования к качеству юридической помощи, предоставляемой государством.

  • Международные документы рекомендательного характера о реализации права на юридическую помощь
  • Кроме того, вопросы участия государства в обеспечении доступа к юридической помощи рассматриваются в ряде рекомендательных документов, разработанных в рамках ООН и Совета Европы. К ним, в частности, относятся:
  • • «Основные принципы о роли юриста» (см. принципы 1—8)[437];

• «Принципы защиты психически больных лиц и улучшения психиатрической помощи» (п. 6 принципа 1 и п. 1 принципа 18)[438];

  1. • «Свод принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме» (принцип 17)[439];
  2. • «Правила ООН, касающиеся защиты несовершеннолетних, лишенных свободы» (правило 18 (а))[440];
  3. • «Минимальные стандартные правила ООН, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних» (правило 15.1)[441];
  4. • Рекомендация Комитета министров Совета Европы № R (93) 1 «Об эффективном доступе к праву и правосудию малообеспеченных слоев населения»[442];
  5. • Резолюция Комитета министров Совета Европы (78) 8 «О юридической помощи и консультациях»[443];
  6. • Резолюция Комитета министров Совета Европы (76) 5 «О правовой помощи по гражданским, коммерческим и административным делам»[444].
  7. Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Статья 52 Конституции РФ

Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Комментарий к Статье 52 Конституции РФ

Понятие потерпевший в комментируемой статье не только и не столько означает известную процессуальную фигуру в уголовном правосудии, а восходит к более широкому международному правовому понятию жертвы.

Под этим термином Декларация основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью*(673) понимает лиц, которым индивидуально или коллективно был причинен вред, включая телесные повреждения или моральный ущерб или существенные ущемления их основных прав.

Указанная Декларация выделяет, во-первых, жертв преступлений, права которых были нарушены в результате действия или бездействия, являющегося преступным по национальному уголовному законодательству, включая и преступное злоупотребление властью.

При этом лицо может считаться «жертвой» независимо от того, был ли установлен, арестован, предан суду или осужден правонарушитель, а также независимо от родственных отношений между правонарушителем и жертвой.

Термин «жертва» в соответствующих случаях включает близких родственников или иждивенцев непосредственной жертвы, а также лиц, которым был причинен ущерб при попытке оказать помощь жертвам, находящимся в бедственном положений, или предотвратить виктимацию.*(674)

Во-вторых, Декларация выделяет жертв злоупотребления властью в результате действия или бездействия, еще не представляющего собой нарушения национальных уголовных законов, но являющегося нарушением международно признанных норм, касающихся прав человека.

Таким образом, под злоупотреблением здесь понимается не только виновное уголовно наказуемое деяние должностных лиц, но также любое злоупотребление политической или экономической властью государства в целом и его властных органов всех уровней, а также органов местного самоуправления, если в результате их решений, в том числе принятия нормативных актов, иных действий или бездействия были нарушены основные конституционные права граждан.

Декларация обязывает государство относиться к жертвам с состраданием и уважать их достоинство, гарантировать им доступ к правосудию, справедливую реституцию и скорейшую компенсацию за нанесенный ущерб, необходимую материальную медицинскую, психологическую и социальную помощь и поддержку.

В основе конституционного статуса потерпевшего — фундаментальное право на защиту достоинства личности (ч. 1 ст. 21 Конституции), поскольку жертва стала объектом произвола и насилия. Кроме комментируемой статьи этот статус составляют также положения ст. 45, 46, 53, ч. 3 ст. 123 Конституции.

Применительно к личности потерпевшего эти конституционные предписания предполагают обязанность государства не только предотвращать и пресекать в установленном законом порядке какие бы то ни было посягательства, способные причинить вред и нравственные страдания личности, но и обеспечивать пострадавшему от преступления возможность отстаивать прежде всего в суде свои права и законные интересы любыми не запрещенными законом способами (см. Постановление КС РФ от 08.12.2003 N 18-П*(675)).

Судебная защита как эффективное восстановление в правах независимым судом на основе справедливого судебного разбирательства (п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод)предполагает обеспечение состязательности и равноправия сторон, в том числе предоставление им адекватных возможностей и достаточных процессуальных полномочий для защиты своих интересов.

В уголовном процессе потерпевший как лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный или моральный вред, имеет право участвовать в уголовном преследовании обвиняемого, а по уголовным делам частного обвинения — выдвигать и поддерживать обвинение (ст. 22 УПК РФ).

Активное участие потерпевшего в уголовном преследовании обеспечивается предоставлением ему и реализацией широкого круга процессуальных прав.

Наиболее важные среди них: давать показания, предъявлять доказательства, заявлять ходатайства и отводы, знакомиться с предъявленным обвинением и рядом других материалов предварительного следствия, участвовать в судебном разбирательстве на стороне обвинения, выступать в прениях, обжаловать приговор и судебные решения других инстанций (ст. 42 УПК РФ).

Потерпевший вправе также иметь своего представителя. Решение о признании потерпевшим оформляется постановлением дознавателя, следователя, прокурора или суда. Вместе с тем, как отмечал Конституционный Суд РФ, правовой статус потерпевшего определяется из его фактического положения, независимо от формального признания (Определение от 18.01.2005 N 131-О*(676)).

Статья 52 Конституции Российской Федерации

Последняя редакция Статьи 52 Конституции РФ гласит:

Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Комментарий к Ст. 52 КРФ

29 ноября 1985 г. Генеральная Ассамблея ООН на своем 96 пленарном заседании приняла Декларацию основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью (см.: Сборник стандартов и норм ООН в области предупреждения преступности и уголовного правосудия/ООН. Нью-Йорк, 1992. С.

242-244), назначение которой состояло в том, чтобы содействовать максимальной защите прав миллионов людей во всем мире, которым наносится ущерб в результате преступлений и злоупотреблений властью.

Положения данной Декларации относятся к числу тех общепризнанных принципов, которыми надлежит руководствоваться как законодательным, так и правоприменительным органам, реализуя предписания ст.

52 Конституции и принятое на себя Россией обязательство обеспечить любому лицу, права и свободы которого нарушены, эффективное средство правовой защиты (подпункт «а» п. 3 ст. 2 Международного пакта о гражданских и политических правах).

В соответствии с п. 1 разд.

«А» Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью под жертвами преступлений понимаются «лица, которым индивидуально или коллективно был причинен вред, включая телесные повреждения или моральный ущерб, эмоциональные страдания, материальный ущерб или существенное ущемление их основных прав в результате действия или бездействия, нарушающего действующие национальные уголовные законы, включая законы, запрещающие преступное злоупотребление властью». Лица, которым такой вред причинен в результате действия или бездействия, еще не представляющего собой нарушения национальных уголовных законов, но являющегося нарушением международно-правовых норм, касающихся прав человека, являются жертвами злоупотреблений властью (п. 18 разд. «B»).

Сходное определение потерпевшего от преступления содержится в ст. 42 УПК, согласно которой им является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации.

В этом определении, однако, есть и несколько отличительных черт, которые в ряде случаев могут стать причиной ограничения прав личности.

В частности, указанная статья уголовно-процессуального закона содержит ограниченный перечень видов вреда, причинение которого дает основания считать лицо потерпевшим, хотя и Конституция, и международно-правовые акты предполагают необходимость защиты человека от любого вида вреда.

Также эта статья, по буквальному ее смыслу, не предполагает возможности признания потерпевшим лица, которому реальный вред не был причинен, а создавалась только угроза его причинения, что противоречит как смыслу комментируемой статьи, так и правоприменительной практике, которая все же признает таких лиц потерпевшими.

В полном объеме процессуальным статусом потерпевшего лицо, которому преступлением причинен вред, наделяется только после того, как дознавателем, следователем, прокурором или судом будет вынесено постановление (определение) о признании его потерпевшим.

Читайте также:  Возврат денег по договору купли-продажи

Однако, как указал Конституционный Суд в постановлениях от 23 марта 1999 г. N 5-П (СЗ РФ. 1999. N 14. ст. 1749) и от 27 июня 2000 г. N 11-П (СЗ РФ. 2000. N 27. ст. 2882) и Определении от 22 января 2004 г. N 119-О (СЗ РФ. 2004. N 23. ст.

2333), это не исключает того, что гарантируемые Конституцией Российской Федерации права и свободы человека и гражданина должны обеспечиваться лицу в уголовном судопроизводстве независимо от формального признания его участником производства по уголовному делу, исходя из наличия определенных сущностных признаков, характеризующих фактическое положение этого лица как нуждающегося в обеспечении соответствующего права.

Из Конституции, ее ст. 2, 18, 21, 45, 46, 52, 123 (ч.

3), следует, что применительно к потерпевшему от преступления государственная защита личности, ее прав, свобод, достоинства предполагает обязанность государства не только предотвращать и пресекать в установленном законом порядке какие бы то ни было посягательства, способные причинить вред и нравственные страдания личности, но и обеспечивать пострадавшему от преступления возможность отстаивать свои права и законные интересы любыми не запрещенными законом способами, поскольку иное означало бы умаление чести и достоинства личности не только лицом, совершившим противоправные действия, но и самим государством. Названные конституционные нормы предписывают законодателю установить уголовно-процессуальные механизмы, в максимальной степени способствующие предупреждению и пресечению преступлений, предотвращению их негативных последствий для охраняемых законом прав и интересов граждан, а также упрощающие жертвам преступлений доступ к правосудию с целью восстановления своих прав и получения необходимой компенсации (Постановление Конституционного Суда от 24 апреля 2003 г. N 7-П//СЗ РФ. 2003. N 18. ст. 1748). Такая правовая позиция корреспондирует положениям пп. «b», «с» п. 6 Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью, а также преамбулы и п. 7 разд. I.A Рекомендации Комитета министров Совета Европы N R (85) 11 «О положении потерпевшего в рамках уголовного права и процесса», в которых указывается на необходимость в большей степени учитывать запросы потерпевшего на всех стадиях уголовного процесса в соответствии с принципом предоставления ему права просить о пересмотре компетентным органом решения о непреследовании или права возбуждать частное разбирательство.

Исходя из этого, потерпевший наделяется широким комплексом прав, связанных с участием в доказывании в стадии предварительного расследования и в судебном заседании, с ознакомлением с материалами уголовного дела, отстаиванием своих интересов путем предъявления иска, заявления ходатайств, обжалования действий и решений органов предварительного расследования и суда (в частности, препятствующих доступу к правосудию постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела и о прекращении уголовного дела), принесения возражений на жалобы и представления других участников процесса и т.д.; его статус предполагает также необходимость выполнения определенных обязанностей (ч. 2, 5 ст. 42 УПК). Некоторые категории уголовных дел — о преступлениях, предусмотренных статьями 115 (ч. 1), 116 (ч. 1), 129 (ч. 1), 130, 131 (ч. 1), 132 (ч. 1), 136 (ч. 1), 138 (ч. 1), 139 (ч. 1), 145, 146 (ч. 1), 147 (ч. 1) УК, — могут быть возбуждены лишь по заявлению потерпевшего, причем дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115, 116, 129 (ч. 1), 130 УК (так называемые дела частного обвинения), подлежат обязательному прекращению в случае примирения потерпевшего с обвиняемым. По делам частного обвинения потерпевший, чье заявление о преступлении принято судьей к производству, становится частным обвинителем, поддерживающим в суде обвинение. Впрочем, в настоящее время потерпевший вправе поддерживать обвинение (наряду с государственным обвинителем) и по всем иным делам, выступая в судебных прениях или настаивая на продолжении разбирательства по делу в случае отказа прокурора от поддержания обвинения. Такие права были предоставлены потерпевшему в соответствии с постановлениями Конституционного Суда от 15 января 1999 г. N 1-П (СЗ РФ. 1999. N 4. ст. 602) и от 20 апреля 1999 г. N 7-П (СЗ РФ. 1999. N 17. ст. 2205), а теперь получили закрепление и непосредственно в уголовно-процессуальном законе.

Вместе с тем, как отметил Конституционный Суд в Постановлении от 24 апреля 2003 г.

N 7-П, обязанность государства обеспечивать восстановление прав потерпевшего от преступления не предполагает наделения потерпевшего правом предопределять необходимость осуществления уголовного преследования в отношении того или иного лица, а также пределы возлагаемой на это лицо уголовной ответственности; такое право в силу публичного характера уголовно-правовых отношений может принадлежать только государству в лице его законодательных и правоприменительных органов. С учетом этого потерпевший не может предопределять необходимость возбуждения уголовного дела по факту совершенного в отношении него преступления (кроме дел частного обвинения), не может отказаться от выдвинутого следствием против лица обвинения, не может требовать прекращения дела (кроме предусмотренных статьей 25 УПК случаев прекращения за примирением уголовных дел о преступлениях небольшой и средней тяжести) и т.п.

Государство, обеспечивая потерпевшему доступ к правосудию и компенсацию причиненного вреда, не только детально регламентирует его права, связанные с подачей в компетентные органы заявлений о совершенном преступлении и с участием в проводимом по этим заявлениям разбирательстве, но и устанавливает обязанности соответствующих правоприменительных органов. Им, в частности, предписывается принимать и разрешать все заявления о преступлениях, принимать меры к розыску принадлежащих потерпевшему предметов и материальных ценностей, принимать меры к обеспечению гражданского иска, оказывать содействие частному обвинителю в собирании по делу частного обвинения таких доказательств, которые не могут быть получены им самостоятельно. Нужно сказать, что и в целом вся система уголовно-процессуальной деятельности, направленная на обеспечение раскрытия преступления и изобличение виновного, служит в конечном счете защите прав и законных интересов лиц, пострадавших от преступлений.

Ущерб, причиненный лицу в результате преступления, подлежит возмещению согласно общим правилам ГК об обязательствах вследствие причинения вреда. Согласно п. 1 ст.

1064 ГК, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Как следует из ст.

15 ГК, при определении суммы материальных убытков, причиненных преступлением, необходимо иметь в виду расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно было произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Причем одновременно с возмещением материального вреда потерпевшим может быть поставлен вопрос о компенсации ему виновным и морального вреда (ст. 151 ГК).

Аналогичным образом должен решаться вопрос о возмещении вреда, причиненного злоупотреблениями властью, с той лишь разницей, что это возмещение должно осуществляться не непосредственно виновным должностным лицом или служащим, а Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием (ст. 16 ГК).

Обязанность государства обеспечить компенсацию причиненного вреда не означает, хотя и не исключает, принятия на себя государством материальной ответственности за совершаемые в стране преступления. Положение о том, что ущерб, нанесенный собственнику преступлением, возмещается государством по решению суда, ранее имелось в нашем законодательстве (ч. 3 ст.

30 Закона РСФСР от 24 декабря 1990 г. «О собственности в РСФСР»//Ведомости РСФСР. 1990. N 30. ст. 416), однако в силу его экономической и организационной необоснованности оно практически так и не применялось. Федеральным законом от 30 ноября 1994 г. «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (СЗ РФ. 1994. N 32, ст.

3302) Закон о собственности, включая и вышеприведенное положение, был отменен с 1 января 1995 г.

Следует заметить, что законодательство зарубежных стран если и содержит нормы о выплате определенных компенсаций лицу, пострадавшему от преступления, то распространяет их лишь на случаи, когда в результате преступления наступила смерть потерпевшего или был причинен вред здоровью.

Таким образом, в настоящее время есть все основания говорить только о том, что государство в рамках выполнения своих обязанностей, вытекающих из рассматриваемой статьи, создает необходимые законодательные и правоприменительные механизмы, обеспечивающие розыск виновного, арест его имущества, доказывание вины в совершении преступления и другие условия, необходимые для принятия и исполнения решения о возмещении вреда виновным лицом.

Что же касается прямой компенсации ущерба за счет государства, то, как отмечалось выше, она предусматривается лишь в случаях, когда ущерб был причинен в результате злоупотребления властью.

Декларация основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью (п.

12-14) предусматривает более широкие государственные обязательства по компенсации вреда, причиненного преступлением, в связи с чем призывает государства в тех случаях, когда компенсацию невозможно получить в полном объеме от правонарушителя или из других источников, принимать меры к предоставлению финансовой компенсации жертвам, которые в результате тяжких преступлений получили значительные телесные повреждения или существенно подорвали свое физическое или психическое здоровье, а также семьям лиц, которые умерли или стали физически неполноценными либо недееспособными в результате преступления. Кроме того, потерпевшим должна оказываться необходимая материальная, медицинская, психологическая помощь по различным каналам. В этих целях государства должны содействовать созданию, укреплению и расширению различных национальных фондов для оказания помощи жертвам. Однако до тех пор, пока названные положения не стали составной частью российской правовой системы, они не могут иметь непосредственное регулятивное значение.

Ссылка на основную публикацию